Разделы

Авто
Бизнес
Болезни
Дом
Защита
Здоровье
Интернет
Компьютеры
Медицина
Науки
Обучение
Общество
Питание
Политика
Производство
Промышленность
Спорт
Техника
Экономика

Тема №2. Развитие массовой прессы в странах Европы и России

Целевая установка:Уяснить особенности становления, развития и нынешнего состояния ведущих школ журналистики Европы и России а также уметь определить их основные тенденции и проблематику современных СМИ.

После изучения данной темы слушатели смогут:

─ назвать основные направления формирования национальной прессы Европы и России.

─ объяснить ссовременное состояние - монополизация, концентрация, проблемы зарубежной информационной экспансии журналистики.

охарактеризовать суть и особенности развития журналистики России.

Немецкая печать, как в самом начале своего появления, так и много времени спустя, была насаждением придворного ведомства и официальных сфер, которые считали поэтому себя вправе распоряжаться этим своим детищем по своему усмотрению, то баловали ее и поощряли привилегиями, то сурово наказывали. Газете свыше предначертано было, о чем писать и как писать, чего касаться и чего не касаться. Независимых от этих придворных влияний проявлений жизни Германия времени 17-19 веков и совсем не знала: ни тех начатков парламентаризма, которые были живы в некоторых других странах, ни начатков городского самоуправления, ни публичных заседаний земских чинов, ни гласного суда. В течение долгого времени в раздробленной Германии существовала, поэтому только та печать, которую взрастило правительство, проявлявшее особые заботы об этом в начале XVIII века.

Сильное развитие получили газеты, которые могли выбирать менее опасные в цензурном отношении формы для проведения в общество взглядов и понятий, считавшихся вредными с точки зрения политической и еще более духовной цензуры того времени. Но если и эти периодические издания, не касавшиеся самых жгучих вопросов, оказывались в конфликтах с цензурой, то для газет, которые желали бы касаться интересовавших многих политических вопросов, совсем не было места в это время. Ответ на эти запросы можно было найти, как уже упомянуто, только в «рукописных газетах», которые имели достаточно широкий круг читателей и продолжали существовать, несмотря на строгие наказания, постигавшие издателей этих газет, и высокие награды, которые обещаны были «вместе с сокрытием имен» доносчикам, наводившим администрацию на след этих газет.

Существование этого суррогата политической печати, знаменующее на самом деле отсутствие действительной политической печати, было все, в чем могла проявиться политическая мысль.

Ввиду такого отношения к печати все меры, способные нанести ей ущерб, считались теперь допустимыми, газетам не только запрещено было новым декретом в 1803 г. избегать даже упоминаний о правительственных действиях без особого на то разрешения или приглашения, но им старались нанести материальный ущерб; этой цели должно было служить запрещение владельцам кофеен держать газеты (кофейни уже в то время были главными читальнями), равно как и вышеупомянутый налог на газеты. Кроме того, частные газеты лишены были права печатать объявления.

Нетрудно себе представить, как все эти меры отразились на и без того чахлой прессе того времени. Даже те немногие газеты, которые увидели свет в период применения «просвещенного абсолютизма», начали быстро хиреть. Только пара-другая степенных ежемесячников могли еще кое-как существовать.

Беспечальное житье вели исключительно издания и изданьица, ушедшие всецело в болтовню и сплетню на тему о театре, артистах и артистках, легко прохаживавшиеся насчет искусства и литературы. Эти газеты, развлекавшие и забавлявшие, главным же образом отвлекавшие внимание от общественной и политической жизни, были в особом фаворе, и лукавый, мрачный Меттерних впоследствии на примере этих понижавших духовный уровень читателей изданий поучал своих коллег, германских министров, как нужно взяться за дело, чтобы умеючи держать население в стороне от насущных для него вопросов политической и общественной жизни

Роль общественно-политических газет исполняли в течение всего этого времени официальные органы и главных областных городов (род казенных «губернских ведомостей»), которые старались искупить скуку своего содержания и привлекать к себе читателей, недоверие которых к казенной лирике и официальному пафосу ни для кого не было тайной, неофициальными литературными прибавлениями, которые являлись самой интересной частью этих газет и сделались даже любимым чтением для многих.

Известное оживление замечается в немецкой провинциальной печати...

Эта юная, сейчас только народившаяся, не имевшая, можно сказать, никаких традиций печать сразу очутилась перед целой сетью сложнейших вопросов государственного быта, возникших сразу, поставленных жизнью на разрешение вдруг и все вместе. Нужно было выяснить положение в союзе германских государств. Еще сложнее были вопросы внутренней политики, требовавшие к тому же более неотложного, немедленного решения: вопросы конституционного устройства страны, реформы административного управления, судебные реформы, способов гарантирования прав граждан, признания свободы вероисповеданий и равноправности всех религий; все вопросы, не искусственно придуманные, а поставленные на очередь самим фактом созыва учредительного собрания, а вслед за этим и парламента; вопросы, спор о которых не мог поэтому носить чисто академического характера; а к этим вопросам не замедлили присоединиться неотделимые от них вопросы социального характера: об освобождении крестьян, об улучшении положения ремесленников и рабочих.

Уже в этот момент известный в то время публицист, фон Штифт, поднимает вопрос о введении прогрессивно-подоходного налога. Радикалы «Constitution», в которой работали наиболее выдающиеся журналисты – Гефнер, Ландштейнер, Бергер (впоследствии министр), Штифт, выставляют в своем заголовке, считаясь с запросами времени, лозунг: «Свобода и работа!» Целый ряд возникших чисто рабочих органов («Arbeiter-Zeitung», «Wiener Arbeiter-Courier», «Concordia» и т.д.) ставит, ввиду открывшейся безработицы, вопрос о «праве на труд» и организации общественных работ.

Особый период истории журналистики Германии связан с эпохой фашизма. Именно этот мрачный период характерен общей идеологической связкой всех СМИ, пропагандировавших идеи нацизма, и эффективность этой деятельности в создании массового сознания о превосходстве немецкой нации над другими, следует исследовать как удивительный и опасный феномен воздействия СМИ на психологию толпы и личности.

Период раздробленности послевоенной Германии оставил в памяти только развитие крупного газетного бизнеса и изданий, как Stern, Spiegel, Bild, но при всей специфике немецкой журналистики она сильно отдавала формами и методами американской журналистики, зачастую ангажированной и бульварной. И при всем при этом в Западной Германии создавалась своя школа журналистики, основанная на свободе слова.

В современной Германии не существует федерального закона о прессе, зато каждая федеральная земля имеет собственный закон о печати. Эти законы довольно похожи, однако каждый имеет оригинальные особенности, «изюминку» наверное, затем, чтобы добросовестные немецкие бюргеры были уверены, что их закон не списан с соответствующего документа соседней земли. Понятно, что подобный подход отнюдь не облегчает работу журналистов. Тем не менее, «примерным» законодательством в области прессы, главным гарантом свободы слова и печати в Германии является статья № 5 Основного закона, в которой, в частности, сказано: «1. Каждый человек имеет право на выражения и распространение собственного мнения в устной, письменной и визуальной форме, а также на беспрепятственное получение информации из всех общедоступных источников. Гарантируется свобода печати, а также радио- и телевизионных сообщений.
Цензура отсутствует. 2. Эти права ограничиваются общими законоположениями, законоположениями о защите молодежи и личного достоинства граждан». Таким образом, помимо Основного закона, прессу регулируют другие правовые положения: Гражданский и Уголовный кодексы, конституции федеральных земель, закон о защите личного достоинства граждан, закон о картелях и проч., а также принятые в последние десятилетия в связи с развитием так называемых новых СМИ и новых информационных технологий законы, в частности, о защите банка данных и т.д.

Регулирование права на информацию на федеральном уровне.

Вопрос о свободе слова и печати имеет фундаментальное значение для: существования современной демократии вообще. В связи с этим хотелось бы процитировать еще одно постановление Конституционного суда в Карлсруэ, сделанное в 1966 году по поводу знаменитого процесса вокруг журнала «Шпигель»: «Свободная, независимая от общественного принуждения и не
подлежащая цензуре пресса – существенный элемент свободного государства. Особенно важна и необходима для современного демократического государства свободная политическая периодическая печать». В связи с этим нельзя не признать, что право на информацию, которое включает в себя поиск, получение, обработку и распространение информации, а также защиту информанта – это основное право журналиста, необходимое ему для свободного и независимого информирования граждан, для выполнения общественной задачи прессы, которая, по мнению составителей учебника «Journalismus von heute», заключается в «создании и распространении новостей, общественной критике и формировании общественного мнения». В ходе процесса по делу журнала «Шпигель» Конституционный суд принял буквально следующее заявление: «Пресса не может обходиться без приватной информации, а этот источник может быть доступен и правдив только в том случае, если информант совершенно уверен, что редакционная тайна будет сохранена». В статье № 53 Уголовно-процессуального кодекса Германии записано: «Лица, в силу своей профессии занимающиеся или занимавшиеся подготовкой, издательством или распространением периодических печатных изданий или телерадиопрограмм, имеют право отказаться от дачи свидетельских показаний, касающихся личности информанта, автора или отправителя сообщений или документов, а также полученных в процессе профессиональной деятельности, если эти сообщения или документы предназначены для редакции». Впрочем, не стоит сводить вопрос права на информацию только лишь к взаимоотношениям с информантом. Защита информации в Германии подразумевает и защиту творчества журналиста, и его профессионального пространства, к примеру, редакции.

Журналистика Франции сыграла важную роль в развитии мировой журналистики. Именно ей принадлежит заслуга формирования так называемой революционной прессы, вольнолюбивые принципы деятельности которой оказали существенное влияние на общий процесс демократизации общества и, в частности, журналистики.

Первая типография появилась в Париже в 1470 г., а первая газета была издана в 1604 г. – «Газетт франсуаз» («Французская газета»), но она не имела постоянной периодичности. В 1611 г. был основан первый ежегодник «Меркюр франсуа» («Французский вестник»). В 1631 г. Теофраст Ренодо основал еженедельную газету «Газетт», и ее считают лучшим изданием того времени, благодаря разнообразию тематики, литературному уровню, регулярности и длительности издания. «Журналь де саван» («Журнал ученых», 1665) – первое в мире издание журнального типа. Основные его черты – энциклопедичность содержания, многообразие форм и жанров уже обнаружились в появившемся в 1672 г. журнале «Меркюр галан» («Галантный вестник»).

Первым периодическим частным изданием стал ежемесячный журнал «Спектатэр франсэ» («Французский зритель», 1722). Когда появилась первая ежедневная газета «Журналь де Пари» («Парижская газета», 1777) в Париже уже издавалось 27 газет.

Газеты подвергались официальной предварительной цензуре, введенной в 1629 г. Людовиком ХIII. В соответствии с ее требованиями, ничто не могло быть напечатано без санкции полиции и цензора, а также запрещалось распространять издания, враждебные религии, королю, государству, чистоте нравов, чести и репутации частных лиц. За совершение «преступлений печати» в 1660-1765 гг. было заключено в Бастилию 869 авторов, типографов, книготорговцев и газетчиков. Однако «подлинная» история французской прессы началась со времени Великой французской революции (1789-1794), которая стала колыбелью политической и революционно-демократической журналистики. В 1789 г. была принята «Декларация прав человека и гражданина», в 1791 г. – первая французская конституция. Они провозгласили свободу слова и печати, отменили цензуру. Резко возросло число газет и других изданий. Уже в 1789 г. их стало 250, в 1790 – 350.

С падением республики в 1794 г. фактически ликвидировались гражданские свободы. В 1796 г. была введена смертная казнь за выступления против режима Директории, против частной собственности, за высказывания за восстановление старого режима или якобинской конституции. Во времена Консульства и Первой империи не допускалось существование газет, не соответствующих добрым нравам и принципам правительства, не проявлявшим уважение к дружественным Франции странам, а также к народному суверенитету, славе французского оружия. Несколько свободней стала печать при Реставрации (1815-1848) – было разрешено высказывать мнения в рамках существовавшего закона. В 1831‑32 гг. было возбуждено более 400 судебных дел против прессы. За всякие провинности журналистов и редакторов сажали в тюрьму, подвергали штрафам и прочее. Так, газета «Трибюн» была по совокупности приговорена к 49 годам тюрьмы и 160 тыс.франков штрафа).

Печать сыграла важную роль в подготовке революций 1830 и 1848 г. Широко развивалась демократическая пресса. Наиболее заметными изданиями были газеты «Реформ», «Ревю репюбликен» («Республиканское обозрение»), «Трибюн», «Насьональ», «Тан» («Время»); выделялись еженедельник «Карикатюр» и ежедневная газета «Шаривари» («Кавардак»), «Ювенала карикатуры», «Наполеона сатиры». В 1848 г. журналистика Франции пользовалась почти полной свободой – за несколько недель в Париже появилось около 200 газет.

В 1835 г. под влиянием общественного и технического прогресса появилось первое в мире информационное агентство «Гавас». Уже в начале века в стране существовала действующая линия механического телеграфа. По ней передавались важнейшие правительственные сообщения, которые также попадали и в газеты. В газете «Пресс» в середине 19 в. впервые была применена и сформулирована концепция массовой, «информационной» прессы – сращение собственно журналистики и коммерческой рекламы. Впервые полная полоса рекламы, первая рекламная иллюстрация вышла в газете «Конститюсьонель» в 1851 г. В это же время возник жанр газетного «романа-фельетона». В 1850 г. Луи Ашетт создал первую в истории Франции монополию на распространение и транспортировку периодической печати. С 1856 г. агентство «Гавас» стало использовать азбуку Морзе для передачи новостей, а с 1866 г. стала возможной надежная постоянная связь между Европой и Америкой с помощью подводного трансатлантического кабеля. Важный след в истории журналистики Франции

«Золотой век» французской журналистики – 1870-1914 гг. – вызвал бурный рост печати. Это время, когда газеты и журналы становятся торгово-промышленными предприятиями. С 1870 г. по 1880 г. количество газет выросло с 900 до 2500 названий. Пресса становится коммерческой, формируется тип массовой газеты, где на первой полосе всегда должна быть «кровь». В 1903 г. газета «Пти паризьен» («Маленький парижанин») достигает рекордного тиража в 1,3 млн. экз. и начинает выходить с подзаголовком – «самая крупная газета мира». В 1918 г. тираж вырастает до 3 млн. экз.

Важной вехой развития печати Франции стал закон о печати 1881 г., который отменял предварительную цензуру, штемпельные сборы, залоги, предостережения и прочие административные взыскания с прессы, а рассмотрение серьезных нарушений в печати существующих законов в области распространения информации передавались судам присяжных.

Революционные тенденции, характерные для Франции, вызвали к жизни ряд газет социалистического и коммунистического блока. Одна из них «Юманите» («Человечество», издается с 1904 г.) сыграла важную роль в антивоенном движении, затем стала главным печатным органом французской компартии (1921). Авторитет газеты был значителен в период действия во Франции антифашистского Народного фронта (1934-1938), объединения левых партий.

Важной вехой было появление в 1931 г. ежедневной вечерней газеты «Пари суар» («Парижский вечер») – крупной иллюстрированной газеты, которая использовала новейшие достижения полиграфической техники и по-особому притягательно подавала свои материалы. Ее тираж в 1939 г. составлял 1,6 млн. экз.

Во времена IV Республики (1946-1958) издавалось также немало журналов: правые еженедельники «Аспэ де ля Франс» («Аспекты Франции», «Ривароль», «Каррефур» («Перекресток»); левые издания: «Тан модерн» («Нынешние времена»), «Франс обсерватэр» («Французский обозреватель»), еженедельник «Экспресс». Возникла так называемая «пресса сердца». Были популярны литературные периодические издания «Эспри» («Дух»), «Летр франсез» («Французская литература»), «Ревю де Пари» («Французское обозрение») и другие. В 1970-е гг. возникли несколько новых газет – новая «Либерасьон», «Матен де Пари» (1977-1988). В 1976 г. впервые на первое место по распространению вышла провинциальная пресса. С этого времени наблюдается постоянное сокращение тиражей столичных газет. Серьезную конкуренцию многим изданиям составили появившиеся в последние десятилетия бесплатные газеты, содержащие как журналистские материалы, информацию агентств, так и рекламу, особенно в области трудоустройства.

Ныне парижские газеты издаются и распространяются преимущественно в Париже и его окрестностях. Провинция же отдает предпочтение региональным и местным изданиям. Процесс концентрации в газетно-издательской сфере осложнил выживание малых и средних газет. Поэтому с 1982 г. французское правительство оказывает помощь газетам общей и политической информации на французском языке, тираж которых меньше 250 тыс.экз., распространение – 150 тыс.экз., а доход от рекламы не превышает 25 % общего дохода. Кроме того, субсидирует расходы всех газет на почту, телефонную связь, распространение за границей.

Франция занимает лидирующее место по уровню развития журнальной периодики (1350 экз. на 1 тыс. человек). Французская печать находится под контролем монополистических групп. Группа АШЕТТ. Основана в 1826 г. Луи Ашеттом, занимает 5-е место среди картелей СМИ западного мира. Кроме журналов, является лидером в издании книг, имеет связи с корпорациями Великобритании, Испании, США.

Группа Р. ЭРСАНА владеет большим числом ежедневных газет («Франс суар», «Фигаро») и другой периодики – 30% ежедневного национального тиража газет и 20% – провинциального. Это противоречит французскому законодательству (один человек может контролировать не более 30% распространяемых на территории Франции ежедневных газет общей и политической направленности). СОСЬЕТЕ ЖЕНЕРАЛЬ ДЕ ЛА ПРЕСС занимается изданием экономической документации.

Над частью прессы держит контроль крупнейшее агентство рекламы ГАВАС.

Французская пресса активно сотрудничает с корпорациями других стран в области СМИ. Это и совместные издание, и взаимопроникновение капиталов в информационные компании. Радиовещание, существовавшее до Второй мировой войны на частной основе, в 1944 г. было национализировано. Его работа, а также деятельность ТВ (ОРТФ) регламентируется законодательством. Будучи государственной собственностью, французское телевидение и радио до 1974 г. было подчинено Управлению по радиовещанию и телевидению Франции, находящемуся в подчинении министерства информации и финансов. В 1974 г. была проведена реформа в сфере аудиовизуальных СМИ. ОРТФ было распущено. На смену созданы 7 самостоятельных организации – три канала ТВ, радиокомпания, общество ТВ-производства, государственное предприятие по распространению телепродукции и Институт аудиовизуальных средств.

В 1982 г. была предпринята новая реформа и принят новый закон о радио и телевидении, который гарантировал свободу аудиовизуальной коммуникации, подтвердил право граждан на свободную плюралистскую коммуникацию, что обеспечивается условиями функционирования радиовещания и телевидения как общественных служб. Высшим контролирующим органом стал высший орган аудиовизуальной коммуникации.

Законодательство о свободе коммуникаций и о концентрации СМИ 1986 г. ограничило выдачу разрешений на вещание одному человеку, если тот сможет охватить принадлежащим ему кабельным ТВ более 30 млн. человек или эфирным 4 млн. человек. Одному человеку запрещалось контролировать более 25% капитала группы, имеющей разрешение на национальную программу эфирного телевидения.

Регулярное телевещание было начато во Франции в 1935 г. Развивалось как государственное. В 1964 г. появилась 2-я программа, в 1972 – третья. С 1967 г. передачи идут в цвете. С 1968 г. на ТВ была разрешена реклама (с 18 мин. в день разрешенное время выросло до 12 мин. в час). В 1984 г. была создана 4-я программа и первая частная программа, что нарушило монополию государства на ТВ. В 1986 г. были созданы две бесплатные частные национальные программы французского телевидения – «5» (информационные передачи) и М-6 (молодежные). Началась частичная приватизация третьей программы, затем разгосударствление первой программы ТФ1. Были организованы 27 региональных телестанций.

Появление первых газет в Великобритании относится к 16 в. Первый номер «Инглиш меркьюри» («Английского вестника») вышел 23 июня 1588 г. – это дата появления периодической печати в Англии. Но внешне он еще не был похож на газету – скорее на брошюру. Первоначально власти строго контролировали печатное дело, в частности выпуск газет, ограничивали число лиц, которым разрешалось заниматься издательской деятельностью. Неподчинение сурово каралось. Фактически предварительная цензура находилась в руках высшего судебного органа Англии – Звездной палаты. В 17 в. стали выдаваться долговременные лицензии на право печатания новостей. Это вызвало к жизни многочисленные новые издания – «Вестники», которые имели дату выхода и порядковый номер, но выходили нерегулярно. С 1643 г. Издавался «Меркьюрис Британикус» ( «Британский вестник», с 1649 г. «Политический вестник») и в 1659 г. напечатал первую с стране рекламу – достоинств чая. В 1642 г. в английском языке появляется слово «газета» (newspaper). Законодательство о печати ужесточалось. В 1641 г. были запрещены публикации о палате общин; в 1643 г. Введена предварительная цензура. В 1665 г. начинает выходить «Оксфорд газетт» (с 1666 г. «Лондон газетт»), издающаяся до сих пор (здесь и в следующем параграфе более подробно смотрите учебное пособие М.М. Козловой, которая приведена в списке литературы в конце темы).

Буржуазная революция 17 в. предоставила английской буржуазии конституционные свободы, записанные в билле о правах (1689 г.), была отменена цензура. В 1702 г. стала издаваться первая в Англии ежедневная газета «Дейли курант». В 1709 г. в Лондоне уже выходило 18 газет общим тиражом 35 тыс. экз. в неделю. Газеты стали публиковать политическую информацию, газета «Джентльменс мэгэзин» (1731-1754) решилась печатать материалы о деятельности английского парламента. В 18 в. журналисты получили доступ на галерку в палате общин и право публиковать отчеты о ее заседаниях. С этого времени журналистов с пресс-галереи стали называть «четвертым сословием парламента» (первое – лорды церкви, второе – наследные лорды, третье – «простолюдины» палаты общин). Это время связано с литературно-публицистической и издательской деятельностью выдающихся английских писателей Д.Дефо (1660-1731) и Дж.Свифта (1667-1745). Английские издания стали популярны за рубежом, им подражали в странах Европы. В конце 18 в. появились газеты, которые и сегодня определяют лицо английской прессы, – «Таймс» (1785) возникла для нужд рекламы. С 1781 г. появилась традиция выпускать воскресные газеты для массового читателя. Под влиянием идей Великой французской революции родилось и стало популярным произведение английского просветителя Томаса Пейна (1737-1809) «Права человека». Появились издания, выступавшие в защиту французской революции («Обсервер», 1789) и рассказывавшие о бедственном положении народа («Пигс мит», 1793-1796). В 1811 г. в Лондоне выходило 8 утренних и 8 вечерних газет. Общий тираж периодики в 1753 г. Составлял 7,5 млн. экз., а в 1820 – 30 млн. Издания отличались большим тематическим разнообразием: внутренняя и зарубежная информация, театральная хроника, обзоры литературы.

В середине 18 в. появляется немало изданий для трудящихся, что способствовало росту его активности. Но созданию широкой сети массовой печати мешал гербовый сбор, взимавшийся с каждого периодического издания и вносимый в казну. Он был введен в 1712 г. и повысил цены на газеты настолько, что они стали недоступны бедноте. Ряд законов тоже тормозил развитие газет для ремесленников. В 19 в. началась борьба рабочих за массовую дешевую печать и всеобщее избирательное право (чартистское движение). Первой газетой, отказавшейся платить гербовый сбор, стала выходившая с 1830 г. «Пенсовая газета для народа, издаваемая защитником бедняка» (более известная как «Защитник бедняка» – «Пуэр мэнс гардиан») тиражом в 16 тыс.экз. Она положила начало выходу нелегальных дешевых изданий, тираж которых, несмотря на преследования, доходил до 150 тыс. Самая известная чартистская газета «Норзен стар» («Северная звезда») выходила в 1837-1852 гг. тиражом в 50 тыс.экз., имела разветленную сеть корреспондентов и давала исчерпывающую информацию о чартистском движении. В середине 19 в. в Англии отменен налог на объявления в прессе (1853), гербовый сбор (1855), налог на бумагу (1861). Это вызвало бурный рост числа газет: с 308 газет в 1829 г. до 2263 в 1891 г. На рубеже веков происходит разделение на качественную и массовую прессу. Состоятельные читатели предпочитали «Таймс», «Дейли телеграф» (1855), «Манчестер гардиан» (1821). Широкая читательская аудитория появилась после принятия закона о всеобщем начальном образовании в последней трети 19 в. Им адресовались дешевые массовые издания с большими тиражами и обширной рекламой: «Дейли мейл» (1896), «Дейли экспресс» (1900), «Дейли миррор» (1903), «Дейли скетч» (1903). Возникают партийные газеты, в частности социал-демократического и коммунистического направлений.

Символом современной британской печати до последнего времени была Флит-стрит – улица лондонского Сити, где располагались газетные издательства и выпускались основные национальные газеты. Теперь же они переместились в район одного из морских причалов Темзы, куда их вытеснили требования современной технологии газетного производства и борьба за выживание в условиях ожесточившейся конкуренции «электронных» СМИ и газетно-журнальной печати. В этой борьбе с начала 60-х гг. были потеряны три ежедневные и четыре воскресные газеты. Их место заняли четыре новых ежедневных газеты («Сан», 1964; «Тудей», 1986; «Дейли стар», 1978; «Индепендент», 1986), а также три воскресных («Санди миррор», 1963; «Санди телеграф», 1961 и «Индепендент он санди», 1990). Были еще три новых издания, но они не выдержали конкуренции, так как не смогли получить достаточное количество рекламы. Для второй половины ХХ в. характерно неуклонное сокращение тиражей ежедневных и воскресных газет, прекращение выхода иллюстрированных журналов общего типа («Пикчер пост», «Джон Булль» и др.), уменьшение числа полос центральных (национальных) газет (с 16-24 до 4-8), а также рост популярности женской периодики и журнальных вкладок-приложений к воскресным газетам. Одна из причин – перестройка рекламного бизнеса и его переориентация на телевидение. Но это не говорит о падении влияния газет как источников информации и рупоров общественного мнения, их роли как «четвертой власти». Осталось неизменным количество (85 из 100) британцев, прочитывающих ежедневно не менее одной газеты.

Британия – страна классической вертикальной модели прессы: общенациональные газеты – региональные издания – местная пресса.

Общенациональная пресса содержит аналитическую информацию по важнейшим вопросам политики, экономики, культуры страны и мира, а также общенациональную и зарубежную информацию.

Региональная (провинциальная) – рупор локальных новостей и рекламы местных универмагов.

Особенности центральной прессы Великобритании – высокая ее концентрация в руках немногих издателей. До Первой мировой войны господствовал семейный (фамильный) принцип владения: лорд Нортклиф и его племянник С.Кинг («Дейли миррор», «Сан» и еще две воскресные газеты); лорд Бивербрук («Дейли экспресс», Санди экспресс»); лорд Ротермир («Дейли мейл» и десятки других изданий, образующих группу «Ассошиэйтед ньюспейперс») и его племянник Д.Астор («Обсервер»); лорд Кемсли («Санди таймс» и большая группа провинциальных газет); лорд Кемроуз («Дейли телеграф»); лорд Саутвуд («Дейли геральд»); семейств Скоттов («Манчестер гардиан») и Карров (крупнейшая в мире по тиражу воскресная «Ньюс оф уорлд»).

Концентрация прессы в немногих руках всегда была предметом критики английской общественности, которая опасалась, что это сведет на нет свободу печати. Несколько раз (в 1945, 1961 и 1974) создавалась Королевская комиссия по делам печати, которая исследовала состояние финансовых рычагов контроля и управления, а также собственности в прессе. И она не обнаружила оснований для тревоги, оправдывала существующий уровень монополизации экономической необходимостью, заявила, что британской прессе нет равных в мире, что она свободна от коррупции и закулисных финансовых влияний. Практическим результатом ее работы явилось создание Совета по прессе – общественного органа из 27 человек (в основном редакторов и издателей газет). Он должен был способствовать сохранению свободы печати. Было решено, что если владелец газетной группы собирается купить еще одно издание тиражом свыше 500 тыс. экз., то эта сделка предварительно должна рассматриваться антимонопольной комиссией. И ни разу с 1949 г. эта комиссия не высказывалась против.

В британской печати есть четкое разделение труда – одни издания призваны прежде всего информировать и просвещать, другие – развлекать. Поэтому пресса Англии делится на качественную (элитарную) («Таймс», «Дейли телеграф», «Файнэншл таймс», «Гардиан» и «Индепендент» и воскресные «Санди таймс», «Обсервер», «Санди телеграф» и «Индепендент он санди») и популярную (массовую) («Сан», «Дейли миррор», воскресные «Санди миррор», «Ньюс оф уорлд» и «Пипл»).

Массовые газеты издаются «таблоидным» форматом (формат наших субботних газет). Сегодня появляются и газеты промежуточного характера («Дейли мейл», «Дейли экспресс», «Тудей» и воскресные «Мейл он санди» и Манди экспресс») – они имеют «таблоидный» формат, но адресуются читателям качественной прессы.

Большинство британских газет, за исключением партийных («Трибюн» – орган левых лейбористов, «Морнинг стар» – коммунистов, стараются не подчеркивать свои симпатии к какой-либо партии вне предвыборных компаний. Но их позиция может существенно повлиять на исход выборов. Так, «бульварная» – массовая газета «Сан» под руководством Р.Мэрдока в 1992 г. Не позволила лейбористам прийти к власти, выступив с мнением о некомпетентности руководства лейбористской партии в сфере экономики.

Реклама в британских газетах занимает значительное место (от 15 до 50%), но количество ее на страницах прессы определяется ее рейтингом и тиражом. В массовых изданиях рекламируются повседневные товары, ширпотреб, а в качественных – предметы роскоши, недвижимость, путешествия. Доходы от рекламы составляют нередко важнейший источник финансирования газет и журналов. Особенно выгодна телевизионная реклама. Важной статьей дохода газет является публикация объявлений.

Экономический спад 90-х гг. отрицательно сказался на прессе: уменьшилось количество рекламы, упали доходы от объявлений, не помогали «ажиотажные» способы привлечения читателей (лотереи, конкурсы). Преимущества получили издания, выходящие в цветном оформлении. Первой это сделала «Сан», с 1991 г. Печатавшая четверть тиража с цветными иллюстрациями. Качественные издания, кроме «Гардиан», тоже стали выходить в цвете. Шатким стало положение политических еженедельников.

Сегодня английский рынок характеризуется предельной насыщенностью, возможности увеличения тиражей печатных изданий исчерпаны, возможен только «передел» читательского спроса за счет каких-либо изданий, не выдержавших конкуренции. Больше шансов у финансово устойчивых корпораций, которые для привлечения читателей могут существенно снижать цены на газеты, как сделал Р.Мэрдок в 1993 г. на газету «Таймс». Это увеличило тираж и соответственно прибыли от рекламы.

Ситуация осложняется экспансией мультимедиа (компьютерных информационных сетей, кабельного и спутникового телевидения, индустрии видеоразвлечений). В перспективе должно произойти превращение всего мира в единое информационное пространство.

Таким образом, сегодня в Великобритании в сфере СМИ на смену «национальному империализму» пришел наднационально-корпоративный. Британские газеты издаются и рассылаются во многие ведущие финансовые столицы мира. Например, «Файнэншл таймс» – в пяти (Париж, Лондон, Франкфурт, Нью-Йорк, Токио) и рассылается во все страны мира. Это касается и других британских газет. Зарубежные подписчики составляют 80 процентов читателей еженедельника «Экономист». Агентство «Рейтер» стало специализироваться на сборе и распространении экономической информации, и это дало результаты 70 процентов доходов. На распространении политических новостей специализируется агентство «Пресс Ассошиэйтед». «Рейтер».

В Великобритании, как и во всем мире, идет процесс слияния (конгломерации) СМИ. Р.Мэрдок одним из первых взял под контроль спутниковое телевидение «Би-скай-би». Группа «Пирсон» («Файнэншл таймс», «Экономист») полностью контролирует компанию «Темз телевижн», имеет крупные вложения в спутниковые, кабельные телевизионные каналы, является совладельцем 5-го канала коммерческого телевидения («Ай-ти-ви). То же самое сделали и другие газетные группы.

Великобритания является страной, где реализуется доктрина «естественного права», т.е. права присущи человеку с момента рождения. В том числе свобода мысли и слова, право на информацию и публичное выражение своего мнения. В Англии нет цензуры, нет специального закона о средствах массовой информации. Для того, чтобы печатать какое-либо регулярное издание, не нужно иметь лицензию. Надо лишь отправить в главное почтовое ведомство уведомление с выходными данными издания и получить регистрационный номер. Соблюдение норм свободы печати и ответственность за злоупотребление ими регулируется общим законодательством страны, прежде всего законы о клевете и диффамации, о государственной тайне, о рекламе, а также о непристойностях. Этику журналистов и редакторов газет и журналов регулирует «Кодекс практики».

Важнейшей особенностью развития периодической печати США 19 века было развитие массовой печати. Она была рассчитана на широкие слои общества и была доступна им по цене. Это стало возможно благодаря технической революции и ее влиянию на развитие СМИ. Произошло увеличение тиражей и ускорение выпуска газет. Телеграф, ротационный станок и другие технические достижения были поставлены на службе СМИ. В 19 в. произошло формирование системы периодической печати большинства стран. «Таймс», «Гардиан», «Дейли телеграф», «Файненшл таймс», «Трибюн» и другие ведущие газеты запада появились в 19 веке. Возникли государственные каналы информации, были отработаны способы влияния государства на СМИ: экономические, юридические и идеологические. В ряде стран возникла монополия правительства на отдельные виды информации. Это позволяло манипулировать информационным. В 1854 г. был создан наборный станок, прообраз современного линотипа, который ускорил процесс набора текста для печати. Процесс набора на линотипе напоминает печатание на машинке, латунные матрички букв группируются в нужной последовательности до тех пор, пока не образуется полная строчка, тогда в них наливается горячий свинец и получается литая строчка набора. В 1858 г. состоялась проба межконтинентального телеграфного кабеля. Послание королевы Виктории, направленное из Великобритании в США, достигло резиденции президента почти в тот же миг. Это техническое усовершенствование преобразило облик мировой журналистики. Оперативность информирования читателей о событии, совершившемся на другом конце земли, повысилась многократно. Это требовало дорогостоящей техники и штата корреспондентов, но результаты окупали подобные затраты. Телеграф вытеснил почтовых голубей из арсенала средств связи газетчиков. XIX в. – век рождения специальных служб связи – информационных телеграфных агентств. Их задачей было снабжать газеты информацией, последними известиями. В 1848 г. – создается первое Североамериканское агентство – Ассошиэйтед Пресс.

Сформировалась развитая сеть изданий политических партий и профсоюзов, религиозных организаций. Часть изданий выходила нелегально. Периодическая печать стандартизировалась и специализировалась. Многочисленные информационные агентства, крупные издательские и типографские комплексы позволили поставить производство газет на поток, образование крупных издательских групп, широкое распространение рекламы в средствах массовой информации удешевили газеты и журналы, сделали их доступными практически всем слоям населения. Большая часть газет и журналов были частными, но ряд из них являлись официальными рупорами правительственных кругов, имели проправительственную ориентацию. Характерной чертой буржуазной демократической журналистики этого времени было наличие оппозиционных газет.

Газеты и журналы с первых дней своего существования выполняли идеологические функции – выражали и оценивали существующие общественные отношения, отстаивали определенные пути общественного развития. Это справедливо и по отношению к американским СМИ. Монополизация производства, создание крупных промышленных монополий вызвали процесс концентрации прессы в руках монополистических дельцов, которые через СМИ влияли на политику и экономику, на сознание людей, на общественное мнение, пропагандировали свои ценности. Жесткая конкуренция заставляла журналистов и издателей искать наиболее действенные формы и способы достижения этих целей. Родились так называемые бульварные газеты, рассчитанные на обывателей, на недостаточно образованных людей, а порой и почти неграмотных. Сенсации, криминальные новости, материалы «человеческого интереса», комиксы – все эти жанры привлекали массового читателя, заставляли его покупать и читать газеты. Средства массовой информации в период развития и становления монополистического капитализма превращаются в своеобразные предприятия по производству специфической продукции, и она перестраиваются на работу, на новый экономический лад.

В США, например, первые монополистические газетные объединения – так называемые цепи – появились в начале ХХ в. Их появление связано с именами Херста и Скриппса-Говарда. Эти издатели стремились установить контроль над возможно большим числом газет, а также захватить производство бумаги. Комиссия по вопросам свободы печати в своем докладе Конгрессу США в 1947 г. отмечала постоянное уменьшение количества газет с 1909 г., несмотря на рост населения. Более половины принадлежала крупным концернам.

В ХХ в. этот процесс углубился. В большинстве стран развернулась так называемая «комплексная» монополизация СМИ, вопреки антитрестовскому законодательству, когда крупные газетные концерны становятся владельцами радио- и телестанций. «Перекрестная собственность» стала обычным явлением сегодняшнего дня. Более того, процесс концентрации СМИ, взаимопроникновения капиталов, перекрестное владение информационными компаниями становятся явлениями международными. Сегодня это доминирующая тенденция, родившаяся на рубеже веков. Приватизация государственных СМИ приводит к необходимости более четкого регулирования их деятельности. Вопросы государственного регулирования, особенно в области радио и ТВ, в США решены в не пользу государства, которое имеет надежные юридические и финансовые рычаги влияния на СМИ. Несмотря на это, важнейшим принципом журналистики США ХХ в. Является принцип свободы печати, право журналистов вмешиваться в дела государства, быть «четвертой властью». Можно считать, что ХХ в. стал временем постоянной успешной борьбы прессы запада за расширение своей свободы, за право быть важной политической силой. Прогресс в этой области с начала ХХ в. до сегодняшних дней весьма значителен.

Появление электронных средств массовой информации – радио, телевидения, компьютерных сетей – породило так называемый информационный взрыв, дало обществу некое новое информационное состояние, фактически до отказа заполнив информационный рынок и удовлетворив имеющийся спрос на информацию. Эти оперативные и с информационной стороны очень многогранные СМИ теснят сегодня традиционные периодические издания как в отношении привлечения аудитории, так и в получении доходов от рекламы. Поэтому сегодняшний процесс срастания газетно-издательских концернов с радио- и телевещанием экономически обоснован.

УОЛЛ СТРИТ ДЖОРНАЛ Уолл Стрит Джорнал крупнейшая общенациональная газета начала свою карьеру скромно. Чарльз Доу и Эдвард Джонс принялись за дело в 1882, обхаживая ньюйоркский деловой район в поисках новостей и затем переписывали их от руки и отправляли с ними курьеров своим клиентам. По мере роста числа заинтересованных в информации инвесторов издание переросло в новостной листок, и наконец в 1889 году была основана газета.

USA TODAY Меньше чем за десять лет газета основанная в 1984 году достигла тиража в 1,6 милл. экземпляров, уступая только Уолл Стрит Джурнал, и у ее владельцев хорошие виды на будущее.

КРИСТИАН САЙНС МОНИТОР Бостонские ежедневники, как и газеты в других городах США были сенсационалистскими, сосредоточенными на рассказах о преступлениях и находились в постоянной борьбе за аудиторию. Вступая в эту борьбу, Мэри Бейкер Эдди представила газету с другой миссией. Ее Кристиан Сайнс Монитор, основанный в 1908 году был посвящен вопросам и проблемам более высокого плана и предназначался для разрешения мировых проблем.

ГАЗЕТЫ МЕТРОПОЛИЙ Нью-Йорк Таймс. С момента своего основания в 1851 году Нью-Йорк Таймс имеет репутацию за тщательное и достоверное освещение зарубежных новостей. Лос-Анджелес Таймс. Лос-Анджелес Таймс в 1990 году обошли угасающую Нью-Йорк Дэйли Ньюс став крупнейшей в стране газете метрополии с тиражом в 1,3 миллиона экземпляров. Вашингтон Пост. Вашингтон Пост завоевали имя в журналистских расследованиях, приняв участие в разоблачении Вотергейтского скандала в 1972 году, что привело к отставке президента Никсона.

ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ ГАЗЕТЫ С тщательными расследованиями на региональные и национальные темы газеты метрополий привлекают большее внимание чем небольшие газеты, но большинство американцев читают и газеты малых городов. Более или менее, эти регионально ориентированные газеты были достаточно доходны в период прогресса журналистики по окончанию второй мировой войны.
50 лет назад люди из провинции покупали как местные газеты так и газеты метрополий. Газеты провинции были тонкими малопознавательными. Колонки редакторов как правило освещало лишь одно мнение. Читатели почти не имели альтернативных источников информации. С тех пор, провинциальным газетам удалось нанять более профессиональных журналистов, развить новые технологии и усилить местную рекламную базу.

АМЕРИКАНСКОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ 98% американских семей имеют по крайней мере один телевизор. Он включен в среднем по 7 часов в сутки. Телевидение имело огромное влияние на американское общество. Это привело к тому, что американцы ранее посещавшие церковь, общественные собрания и небольшие кафе, ныне большую часть времени проводят у телевизора.

ТЕХНОЛОГИЯ ТЕЛЕВИДЕНИЯ В 20-х годах молодой фермер из Идахо Фило Фарнсворт выдвинул идею показа движущихся фигур при помощи вакуумной трубки и далее передавать их на экран. Фарнсворт нашел спонсоров, чтобы создать лабораторию и в 1927 году состоялась передача первого движущегося изображения. В 21 год Фило Фарнсворт изобрел телевидение.

СТРУКТУРА АМЕРИКАНСКОГО ТЕЛЕВИДЕНИЯ Американская телевизионная система построена как на национальном так и региональном уровнях. В то же время сети придали системе национальный характер. Конгресс и ФКК были в целом удовлетворены американской радио-системой, как она сложилась в 30-х годах. ФКК приглашали людей заинтересованных в создании станций приобрести для этого лицензию. Эти станции, передовавшие волны, как и радио-станции стали сердцевиной расположенной в районах национальной системы телевидения.

NBC - федеральное правительство лицензировало первую телестанцию в 1941 году. С началом же Второй Мировой Войны работы в этом направлении были приостановлены. После войны, в 1947 году сеть Эн-Би-Си начала вещание. CBS - начали вещание в 1947 году. К 1953 году Си-Би-Эс обошли по колличеству аудитории Эн-Би-Си. Основным фактором этого было создание популярных сериалов и мыльных опер.
ABC- телевизионная сеть Эй-Би-Си была основана в 1948 году. Но дела шли не очень хорошо, пока в 1953 году не произошло соединение Эй-Би-Си с United Paramount Theatre принадлежавшей компании Уолта Диснея.

Начальный этап развития отечественной журналистики в 18 веке. Вызванная к жизни по инициативе самодержавной власти и правительства в середине 18-го века, с целью организовать общественное мнение в желательном ему духе, русская периодическая печать в начале второй половины XVIII в. перестает быть монополией власти. Появляются журналы, выпускаемые отдельными писателями, дружескими объединениями; на страницы печати начинают проникать взгляды, оппозиционные правительственной политике. Разумеется, цензурные условия держали журналистов в строгих рамках феодально-крепостнической идеологии, по-настоящему свободное слово впервые стало звучать только в бесцензурном «Колоколе» Герцена, выходившем в Лондоне; но и находясь под неусыпным контролем монархии, деятели русской прогрессивной журналистики умели развивать перед своими читателями одухотворявшие их идеи, пусть в несколько приглушенном виде. В России, где формы самодержавного произвола отличались особой грубостью и жестокостью, где полицейскими мерами пресекались любые попытки гражданского объединения, именно журналистике и литературе, в силу исторически сложившихся условий развития, было суждено стать трибунами общественного мнения. В русских журналах и книгах раздавались голоса протеста против деспотического гнета самодержавия, в защиту народных масс и их интересов. Все прогрессивные политические деятели и писатели России XVIII –– Ломоносов, Фонвизин, Новиков, Радищев, а за ними и великие писатели и мыслители позднего времени - Крылов, Пушкин, Белинский, Герцен, Чернышевский, Добролюбов, Некрасов, Салтыков-Щедрин, Глеб Успенский, Горький – активно участвовали в русской прессе.

В Санкт-Петербурге считается, что история русской журналистики начинается с 16 декабря 1702 года, когда вышел первый номер газеты «Ведомости». За день до этого император издал указ «Ведомостям быть!». Однако до нас дошел самый ранний номер газеты - от 2 января 1703 года. Москвичи считают, что русская журналистика началась именно с этой даты. Однако в этом бесценном потрепанном раритете, величиной с половину школьной тетрадки (а какого размера современные газеты?), есть несколько ссылок на более ранние вышедшие номера. На этом основании и можно полагать, что 2 января - не первый номер, а как указано в нем, самый первый - от 16 декабря 1702 года, как и считают петербуржцы. Газета выходила нерегулярно, как Бог на душу положит. Интервал бывал суточным, месячным и самым разным. «Ведомости» постоянно меняли свое название: «Ведомости московские», «Ведомости московского государства», «Ведомости российские», «Вести», «Реляция», «Подлинное доношение», а одно время газета выходила под таким удивительным заголовком: «Ведомости о военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в Московском государстве и во иных окрестных странах». Сначала газета выходила в Москве, а с 1711 года стала выпускаться в Санкт-Петербурге. Объем «Ведомостей» был регулярным - 22 страницы. Тираж был самым: от 36 номеров до 30-ти тысяч номеров. Газета делалась для очень состоятельных людей, и стоила от двух до восьми денег (деньга - русская монета, равная половине копейки тех времен). К примеру, наборщик получал тогда от трех до четырех денег, работая на тяжелейшей работе. Первая русская газета пропагандировала точку зрения власти. В то время «Ведомости» писали о Северной войне и культурной политике Петра. Тогда и возникли начала цензуры. Первыми журналистами были, во-первых, сам Петр, а также его чиновники. Яков Синявич - дьяк одного из приказов, самый известный из первых журналистов в России, «репортер». «Ведомости» стали меньше и меньше читать. Во-первых, надоела Северная война, длившаяся больше двадцати лет. Во-вторых, выходили они нерегулярно. В-третьих, стоили очень дорого. Уже после смерти Петра, в 1727 году, став совсем неинтересным, они умерли. В том же году «подхватила эстафету» другая газета - «Санкт-Петербургские ведомости», которую можно купить и сегодня. Один год она выходила на немецком языке, а с 1728 года - стала на русском. Поэтому сегодня в заголовке этой газеты значится, что выходит она не с 1727, а с 1728 года. Первый главный редактор «Санкт-Петербургских ведомостей» - немец Герхард Фридрих Миллер. Это - первая русская регулярная газета. Выходила она два раза в неделю, по так называемым почтовым дням (два раза в неделю лошади развозили почту - заодно и газету в дома). У новой газеты было несколько источников информации: 1) Зарубежные газеты 2) Путешествующие чиновники 3) Вскрытие писем крупных дипломатов 4) Слухи и сплетни. В наши дни, пожалуй, только не вскрывают письма для получения информации в газету. А на основе пункта 4 существует не один десяток современных русских газет. В 1728 году вместе с «Санкт-Петербургскими ведомостями» начинает выходить приложение-словарик «Месячные исторические, генеалогические и географические примечания», но просуществует недолго. Приложение это служило для объяснения неграмотным непонятные им слова. Теперь в газете печатались этнографические и прочие научные статьи. Газета стала выходить ежемесячно. Здесь работал Ломоносов, и написал гениальную статью «Рассуждения об обязанностях журналистов», ставшую морально-этическим кодексом. Это - первая статья о том, каким должен быть журналист.

Вот требования Ломоносова, предъявляемые журналисту: 1) Компетентный; 2) Скромный; 3) Уважающий мнения других; 4) Знающий фразу «Стыдно воровать чужие мысли». Русская журналистика возникла как газетная, а затем переросла в журнальную в одном и том же XVIII веке. Русская журналистика возникла как правительственная, позднее переросла в оппозиционную. Русская журналистика была неактуальной и неоригинальной. В 1759 году в Петербурге появились два частных журнала: «Трудолюбивая пчела» и «В разное время, в пользу употребленное». «Трудолюбивая пчела» под руководством А. П. Сумарокова был сразу заявлен как оппозиционный. Он был посвящен опальной Екатерине Второй, и постоянно критиковал правительство. Он просуществовал меньше года, и в конце 1759 года был закрыт. «В разное время, в пользу употребленное» издавала группа преподавателей военно-морского училища. Вообще, характерная особенность русской журналистики XVIII века - длинные названия. Журнал выходил два года. Первый год в нем писали про любовь, бессмысленность земной жизни и т.п. В 1760 году туда пришел Сумароков, и сразу появились эпиграммы на взяточников-чиновников и несправедливое правительство. В Москве появляются сразу пять частных журналов. Большинство из них связаны с именем Михаила Михайловича Хераскова, профессора Московского университета.

Мощное и в то же время своеобразное развитие получила молодая русская журналистика в эпоху просветительского правления Екатерины Великой. В это же время, когда русская журналистика переживает свою юность, начинает править Екатерина II. В 1769 году Екатерина решает выпускать журнал. В январе начинает издаваться журнал «Всякая всячина». Императрица маскируется, и условно главным редактором был назначен ее секретарь. Однако писала в него Екатерина. Меньше чем за полгода возникают еще семь журналов. Начинается журнальная лихорадка. «И то и се», «Ни то ни се», «Всякая всячина», «Смесь», «Адская почта», «Трутень», - названия журналов в 1769 году. Эти издания устраивают между собой литературную драку. Они ругаются по двум вопросам: отношение к крепостному праву и отношение к сатире. Екатерина объявляет себя Бабушкой русской журналистики, и многочисленным журналам это не нравится. Они издеваются над ее ужасной литературой, внешностью и т.п. В этой оппозиции был и редактор журнала «Трутень», Николай Иванович Новиков. Позиция Новикова: «Крепостное право - зло, и его надо искоренять». Он откровенно издевается над садистами-помещиками. Практически все остальные журналисты поддерживают Новикова. Екатерина, понимая, что Новиков - сильный соперник, разозлилась на него и стала выступать за сатиру. Причем за сатиру на какие-либо явления или абстрактные понятия, а не на конкретных людей. Новиков же выступает за сатиру на лица, считая, что абстрактная сатира ничего не изменит. Пять из семи журналов, испугавшись этой борьбы, добровольно закрылись. В итоге, к 1770 году остались только «Трутень» и «Барышок всякой всячины» - измененное Екатериной название. И, не выдержав влияния «Трутня» на общественность, Екатерина закрыла свой журнал. Спустя какое-то время закрылся и «Трутень». Императрица проиграла. Новиков - крупнейший русский издатель XVIII века. Он выпустил первые русские детский, женский, научный, масонский, провинциальный журналы. В итоге разгневанная Екатерина арестовала Новикова, и он умер при Павле. Еще один крупный издатель России XVIII века - это Иван Андреевич Крылов, дворянин с хорошим образованием. Молодой человек решился писать. В 20 лет Крылов выпустил в одиночку журнал «Почта духов», который просуществовал всего один год. А странное название связано с интересной историей. У молодого Крылова не было денег, и он сидел в сарае и размышлял о своей жизни. И тут к нему пришел некий Маликульмульк, восточный волшебник и устроил ему сделку. Маликульмульк обеспечивал Крылова, на что тот должен был публиковать его переписку со своими странноватыми адресатами. Весь журнал «Почта духов» состоял из писем Маликульмулька водяным, гномам и т.д. Все эти литературные маски создавал сам Крылов. Журнал о том, как тяжело живется в России. Всего вышло восемь томов журнала (в том столетии книжки журнала назывались томами и были очень большими в толщину. Тогда том журнала воспринимали как обыкновенную книгу). Тираж доходил до семисот экземпляров. Журнал был рассчитан на богатую интеллигенцию. Крылов обещал, что выйдет 12 номеров и опростоволосился. Несколько лет после этого Иван Андреевич не занимался журналистикой и писал басни, а через небольшой промежуток времени рядом с Марсовым полем в 1792 году он основал издательскую компанию «Крылов сотоварищи». В организацию входили друзья Крылова: актеры Плавильщиков и Дмитревский, публицист Клушин. Компания выпускала журнал «Зритель», брошюры и книги. Журнал прославлял национальный русский дух, обычаи и историю. Крылов, зная, как ему помешали с предыдущим журналом, пускает Дмитревского на роль главного в организации. «Зритель» много страниц посвящал русскому театру (в то время в России господствовал иностранный). В одном из томов «Зрителя» промелькнула заметная статья под названием «Речь, говоренная по весу», посвященная французу, который поносит русскую культуру, а рядом стоящие русские ему поддакивают. Во всей этой статье сплошные намеки и издевки над бездельем в высших эшелонах власти. Журнал был закрыт, а четверо друзей были отданы под гласный надзор полиции. «Зритель» выходил весь 1792 год и по содержанию был слабее «Почты духов». В компании остались лишь Крылов и Клушин, и выпустили журнал «Санкт-Петербургский Меркурий» в 1793 году. Он получился самым слабым из всех ранее выходивших журналов Крылова. Здесь Иван Андреевич пытается как можно мягче относиться к власти, но народ не любит мягкие журналы. Самая яркая статья в этом журнале - «Похвальная речь в память моего дедушки». Здесь Крылов пишет об умном, образованном, воспитанном дедушке. «Хватит учиться, не дай Бог ученым станешь» - сказали родители дедушке Крылова, когда он был в детстве. Однажды маленькому дедушке подарили щеночка, и тот укусил его, когда мальчик пытался выколоть щеночку глаза. На это мальчик дико разрыдался, и папенька ему сказал «Что ты ему колешь глаза? Тебе что, крепостных мало?». Вот, как воспитывали дедушку Крылова. Иван Андреевич закрыл «Санкт-Петербургский Меркурий» из-за нехватки подписчиков. Крылов ушел в писательство и во власть. Другой крупный издатель XVIII века - Николай Михайлович Карамзин, дворянин с блестящим образованием, писатель, историк, журналист. Он работал главным редактором в детском журнале «Детское чтение для сердца и разума», но с приходом Карамзина этот журнал поскучнел. Николай Михайлович уехал за границу, убегая от масонов, в партии которых он состоял. Карамзин вышел из масонской организации, поэтому они начали ему угрожать и преследовать. Он много ездил и, вернувшись, предпринял выпуск журнала «Московский журнал» в 1791 году, также сказав, что в нем не будет печататься никаких религиозных и политических статей. Журнал выходил ежемесячно в течение двух лет, и ведущим автором в нем был сам Карамзин. Центральные места там занимали заметки о его путешествиях, а также «Бедная Лиза», стихи и критика. В нем впервые появился раздел, посвященный критике. «Московский журнал» имел небольшой тираж, и имел триста подписчиков. В приличном обществе не иметь этот журнал было стыдно. «Московский журнал» воровали, так как он был очень дорогим. Но Карамзин получал от популярности своего журнала мало. Поэтому он в 1792 году сам закрыл его и потерял в сумме за всю историю издания огромную сумму в 60 тысяч рублей. После этого Николай Михайлович издал два альманаха: «Аглая» (1794 год) и Аониды (1796 год). «Аглая» была полностью наполнена текстами русских прозаиков, а «Аониды» - русских поэтов. В течении всего XVIII века в России вышло около 150-ти газет, журналов и альманахов. 1796 год - Екатерина II перед смертью подписывает указ об учреждении в России цензуры. В Москве, Петербурге, Риге и Вильно (Вильнюсе) были созданы специальные комитеты, состоявшие из трех человек: один - духовный, два светских. Они были обязаны проверять все книги и журналы, выходящие по всей России. Так печально для русской журналистики закончился XVIII век.

Петербургскую школу журналистики первой четверти века представлял Александр Сергеевич Пушкин. Гениальным журналистом назвать его нельзя. Он был ярким и заметным журналистом. При жизни он опубликовал около пятидесяти фельетонов, памфлетов в периодике, и столько же осталось в рукописях. Первое выступление Пушкина-журналиста в периодической печати относится к 1824 г. В мае этого года в «Сыне отечества» (№ 18) появилась присланная из Одессы полемическая заметка Пушкина – его «Письмо к издателю «Сына отечества». Этой заметкой Пушкин начал борьбу с реакционной прессой, выступив против журнала Каченовского «Вестник Европы» и его ведущего критика Михаила Дмитриева. В 1825 г. Вяземский привлекает Пушкина к сотрудничеству в «Московском телеграфе» Н. А. Полевого; здесь Пушкин напечатал несколько своих стихотворений. Самое острое из них – эпиграмма «Жив, жив, курилка!», направленная против «Вестника Европы», не была пропущена цензурой. Одновременно Пушкин выступает в «Московском телеграфе» с критическими статьями. В 1830 году Дельвиг и Пушкин создают «Литературную газету», которая не пользовалась популярностью. «Литературная газета» выходила один раз в пять дней, на восьми полосах; каждая полоса была разбита на две колонки. «Цель сей газеты – знакомить образованную публику с новейшими произведениями литературы европейской, и в особенности российской», – заявляла редакция, подчеркивая литературный характер газеты и ее ориентацию преимущественно на просвещенного («образованного») читателя. «Литературная газета» отказывалась от «критической перебранки» и допускала на свои страницы только «критики, имеющие в виду не личные привязки, а пользу какой-либо науки или искусства». О составе участников газеты в редакционном сообщении говорилось следующее: «Писатели, помещавшие в продолжение шести лет свои произведения в «Северных цветах», будут постоянно участвовать в «Литературной газете» (разумеется, что гг. издатели журналов, будучи заняты собственными повременными изданиями, не входят в число сотрудников сей газеты)». Фраза в скобках касалась Булгарина и Греча: они единственные из участников «Северных цветов» имели собственные периодические издания. Так «Литературная газета» сразу же противопоставила себя «Сыну отечества» и «Северной пчеле». Рабочая редакция «Литературной газеты» состояла из трех человек: издателя-редактора Дельвига, его помощника, литератора и журналиста Сомова, и секретаря редакции В. Щасного, который, помимо технической работы, занимался переводами и переложениями научных статей. Выпустив два номера «Литературной газеты», Дельвиг по делам уехал из Петербурга, и руководство газетой на два месяца перешло к Пушкину. В отсутствие Дельвига Пушкин совместно с Сомовым издал десять номеров (с 3 по 12-й). За 1830 г. он поместил в «Литературной газете» более двадцати своих статей, рецензий, полемических заметок и свыше десяти подготовил, но не опубликовал. В 1831 году они уходят из газеты. Далее Пушкин участвует в журнале «Телескоп» - там он опубликовал ужасные памфлеты на Булгарина. Одна из литературных масок Пушкина носила имя Феофилакт Косичкин - огромный и робкий человек, восторгающийся Булгариным и Гречем. Частенько Пушкин так издевался в периодике над Булгариным, что тот боялся выйти из дома, - все тыкали пальцем и смеялись. А как-то в одном из памфлетов Пушкин написал фразу «В этом здании куда ни ступи, везде наступишь в Булгарина». В 1836 году Пушкин основал журнал «Современник», который выходил раз в три месяца, и при жизни поэта вышло четыре тома. «Современник» пользовался успехом преимущественно у просвещенного, вдумчивого читателя, умевшего видеть «между строк» и правильно оценивать позиции сторон в журнально-политической борьбе. Но сделать «Современник» массовым изданием Пушкину так и не удалось. Тираж его падает: первые два тома были отпечатаны в количестве 2400 экземпляров, третий – 1200 экземпляров, а тираж четвертого снизился до 900. Широкому распространению журнала мешали его форма альманаха, редкая периодичность, отсутствие политического отдела, а также злобные выпады изданий «журнального триумвирата» (из всех тогдашних журналистов только один Белинский положительно отозвался о выходе первого тома нового журнала в своей статье «Несколько слов о «Современнике»).

На престол после смерти Николая I входит Александр II. 19 февраля 1861 года - Александр Второй подписывает царский манифест об отмене в России крепостного права. Цензурная реформа 1865 года официально называлась «Временное правило о даровании некоторых облегчений и удобств отечественной печати». В ней было два пункта: от предварительной цензуры освобождались: правительственны издания, научные издания, планы, карты, чертежи, оригинальные сочинения объемом не менее десяти печатных листов, переводные сочинения объемом не менее двадцати печатных листов и периодические издания, выходящие в столицах при условии получения разрешения министра внутренних дел и внесения залога от двух с половиной до пяти тысяч рублей. Второй пункт цензурного устава гласил: преступления печати рассматриваются как в административном порядке, так и в суде. Печатный лист - это условная единица тех времен, равная от 20-ти до 25-ти машинописным страницам. Простонародье не могло себе позволить покупать такие дорогие толстые книги, поэтому в законе и стояло такое хитрое правило. Кстати, впервые продажа и печать частных объявлений началась только с 1861-го года. Вся частная провинциальная, сатирическая печать, печать с иллюстрациями не попали под закон и попадали под предварительную цензуру. Основная тематика журналов 1860-х годов - это обсуждение отмены крепостного права Александром Вторым. Демократическое направление в журналистике 1860-х годов Самым ярким представителем являлся уже ранее упомянутый журнал Современник, издававшийся в эти годы Николаем Ивановичем Некрасовым и Иваном Ивановичем Панаевым (см. статьи А. С. Пушкин - журналист и Русская журналистика 1840-х годов). Пик популярности журнала пришелся на 1858-62 годы. Самыми заметными в «Современнике» были три Николая: Некрасов, Чернышевский и Добролюбов.

Вторая половина XIX века и России характеризуется бурным развитием капитализма. Крестьянская рефор­ма 1861 года, несмотря на свой полукрепостнический характер, создала известный простор для развития про­изводительных сил общества. С отменой крепостного права в стране успешно начала развиваться промышлен­ность, развернулось железнодорожное строительство, увеличился товарооборот, наметилась концентрация ка­питала, стали расти города. Под напором товарно-денежных отношений натуральное крестьянское хозяйство превращалось в мелкотоварное. Крестьянство переставало быть единым «классом-сословием» крепостного общества. Оно расслаивалось, выделяя из себя, с одной сторо­ны, сельских пролетариев, с другой - сельскую буржуа­зию. Все хозяйство становилось капиталистическим. Россия вступала в буржуазный период. Однако новые производственные отношения, прогрессивные по сравне­нию с феодальными, не улучшили положения рабочих и крестьян. Маскируя сущность капиталистической экс­плуатации отношениями свободного найма, видимостью полной оплаты труда, капиталисты беспощадно эксплуа­тировали рабочих. Монопольная собственность на ору­дия и средства производства ставила наемного рабочего в полную зависимость от предпринимателей. Для людей труда новые порядки оказались нисколько не лучше старых. Противоречия капиталистического способа про­изводства давали себя знать в России уже в конце 60-х начале 70-х годов весьма ощутимо. Количество промыш­ленных рабочих неуклонно растет. Серьезный размах принимает стачечное движение. В связи с этим перед русской печатью встает масса новых вопросов. Но непосредственные производители в России в 70- 80-е годы страдали не только и не столько от капитализ­ма, сколько от недостаточного развития капитализма, от серьезных и многочисленных пережитков крепостниче­ства. В этом заключалась другая, не менее важная, осо­бенность русского пореформенного развития.

В 1861-1863 годах царскому правительству удалось подавить разрозненные выступления крестьян, задушить национально-освободительное движение в Польше. Часть революционно настроенной интеллигенции, не дождавшись народной революции, перешла к тактике индивидуального террора. Участник одного из революционных кружков Каракозов в 1866 году совершает покушение на царя. Это дало повод царскому правительству к еще большему усиле­нию реакции. Прокатилась новая волна арестов. Лучшие журналы того времени «Современник» и «Русское сло­во», сыгравшие важную роль в истории русского освобо­дительного движения, были закрыты. Но революционная демократия не сложила оружия, не отказалась от борьбы. Причины народного гнева, питавшего демократическое движение XIX века, не были устранены реформами 60-х годов. Революционное дви­жение не потухло. Вся эпоха 1861-1905 годов насыщена борьбой и протестом широких народных масс против пережитков крепостного права и капиталистической эксплуатации.

Важную роль в освободительном движении 70-х годов играет народничество, которое как господствующее те­чение в русской общественной мысли оформилось значи­тельно позднее зарождения народнических идей. Основоположниками народнической идеологии являются Герцен и Чернышевский. Но только на рубеже 70-х го­дов, после отмены крепостного права, в новых историче­ских условиях, когда перед русским общественным соз­нанием встали новые вопросы по сравнению с эпохой 40-х 60-Х годов, оформляется народничество и становится господствующим течением, «господствующим направле­нием» в русской общественной мысли.

На протяжении 70-х 80-х годов русская печать оста­валась в чрезвычайно тяжелом положении. Изменения, происшедшие в стране, по существу никак его не измени­ли. По-прежнему всякое проявление свободомыслия в печати беспощадно подавлялось самодержавием. Юри­дически положение прессы к началу 70-х годов опреде­лялось «Временными правилами о печати 18.66 года», которые заменили все предыдущие распоряжения и за­коны о печати. По этим правилам от предварительной цензуры освобождались столичные ежедневные газеты и журналы (сохранялась цензура наблюдающая), а также книги, объемом более 10 печатных листов. Под предва­рительной цензурой оставались иллюстрированные, сати­рические издания и вся провинциальная печать. В случае нарушения газетой или журналом каких-либо законов, в том числе и законов о печати, министр внутренних дел имел право делать издателям освобож­денных от предварительной цензуры печатных органов предостережения и при третьем нарушении приоста­навливать издание на срок до шести месяцев. Он имел право возбуждать судебное преследование периодиче­ских изданий. Только по суду должны были решаться дела о полном прекращении издания. Однако это не по­мешало правительству уже в 1866 году закрыть журналы «Современник» и «Русское слово», не соблюдая закона 1865 года. Положение прессы, несмотря на восторги либералов по поводу реформы печати, не только не улучшилось, а наоборот, ухудшилось, особенно для демократических изданий. Во-первых, далеко не все журналы и газеты были освобождены от предварительной цензуры, как это было обещано во «Временных правилах о печати 1865 года». В Петербурге, например, в 1879 году из 149 изданий 79 оставались под предварительной цензу­рой. Во-вторых, в конце 60-х, в 70-е годы было издано множество общих законов и частных распоряжений по цензуре, запрещавших прессе освещать наиболее важ­ные политические вопросы, ставивших прессу под власть царских администраторов всех рангов, от министра внут­ренних дел до губернатора. Даже либеральные издания вскоре стали выражать недовольство положением прессы в России. Логическим завершением этой политики явился закон о печати 1882 года, утвердивший полный административный произвол над прессой. Совещанию четырех министров было предоставлено право прекра­щать издание любого периодического органа, лишать прав издателей и редакторов продолжать деятельность в случае обнаружения вредного направления. Правительство с большой настороженностью и внимательностью относилось ко всем критическим материалам в свой ад­рес и на страницах иностранной печати. Не раз русская легаль­ная печать, например, в осторожных выражениях, а нелегаль­ная в самых резких, указывала на факты жестокого обращения в Сибири с политическими заключенными. Правительство остава­лось абсолютно глухим ко всем этим сообщениям. Но вот на стра­ницах ньюйорского журнала «The Century illustrated Monthly Magazin» появилась серия статей американского журналиста Джорджа Кеннана «Сибирь и ссыльная система», написанная после посещения им Сибири в 1885-1886 годах, и правительство сразу забеспокоилось о своем престиже, проявило явную нервоз­ность, стремясь опровергнуть неопровержимые факты. В 1894 году царское правительство запретило распространение очерков Кеннана, вышедших отдельной книгой. «Как ни странно, но это правда, на русские правящие круги большее впечатление произво­дит европейская молва, чем вопли всей России от Белого до Чер­ного моря», справедливо негодовал в связи с такими случаями Степняк-Кравчинский.

Преследуя и изгоняя критику из периодической печати, цар­ское правительство, таким образом, объективно содействовало накоплению того взрывчатого революционного материала, на уничтожение которого субъективно тратило все свои усилия. Объ­ективная деятельность правительства давала, однако, более ощу­тимые результаты, чем его субъективные усилия. Под напором быстрой концентрации противоречий Россия приближалась к своей первой революции к 1905 году. В том году, вспоминая 80-е годы, кадетский летописец печати В. Розенберг с горьким упреком по адресу правительства писал: «Многое из того, что за­ботит и занимает русское общество, что составляет для него ис­тинную злобу дня, если и появляется в русской печати, то не иначе как потеряв интерес новизны и даже современности. О многих событиях русской жизни, не о таких, которые составляют дипломатическую или только канцелярскую тайну, а о таких, ко­торые совершаются у всех на глазах, на улицах, в общественных собраниях и других доступных публике местах, русская печать обыкновенно дает отчет лишь по воспоминаниям современни­ков». Да, если бы правительство в свое время послушалось либеральных советчиков, оно, вероятно, смогло бы на некоторое время «отсрочить» этот «неприятный» год. Но правительство, вы­ражавшее интересы дворянского сословия, в силу своего классо­вого характера не в состоянии было принять на вооружение «умные» советы русских либералов. Своими действиями оно все более подтверждало взгляд марксистской печати, что спасение не в орудии критики, а в критике оружием.

Реакционная политика Александра III и его сатра­па обер-прокурора святейшего синода Победоносцева привела после закрытия в 1884 году «Отечественных за­писок» и фактического прекращения издания журнала «Дело» как демократического к серьезному изменению характера всей легальной печати. В России продолжали выходить лишь либерально-буржуазные, либерально-народнические журналы и газеты да реакционная пресса Сувориных и Катковых. Журналистам-демократам, остав­шимся на свободе и верным традициям 60-х 70-х годов, в 80-е годы пришлось сотрудничать в этих либеральных изданиях. Характер освободительного движения и исключитель­но тяжелое положение легальной прессы в России заставили в 70-80-е годы революционеров наладить издание ряда нелегальных газет и журналов сначала за границей (по примеру «Колокола» Герцена и Огарева), а затем и в самой России. Эта печать, свободная от цен­зурного гнета, стоит особняком в истории русской жур­налистики, но без нее картина развития нашей печати в 70-80-е годы была бы неполной. Но существование этой печати лишний раз иллюстрирует невыносимое положение журналисти­ки в России, отсутствие свободы слова, за которую так горячо ратовал А. И. Герцен в «Полярной звезде» и «Ко­локоле».

На писателей, способ­ных обмолвиться истиной, царское правительство всегда смотрело, как на своих личных врагов. Нет почти ни одного более или менее выдающегося писателя, который бы не подвергался царской немилости, а все лучшие из них побывали в ссылке, на каторге, в остроге. Другие спасались только тем, что бежали за границу. Вся исто­рия русской литературы - это история постоянной борьбы царского самодержавия с правдивым и свобод­ным словом». Эти слова являются точной характери­стикой положения печати в царской России и могут быть целиком отнесены к 70-80-м годам XIX века. Русская революционная демократия создала в 60-е го­ды замечательные по своему политическому содержанию печатные органы: «Современник», «Русское слово», «Искра». Это были лучшие журналы XIX века. Они сы­грали выдающуюся роль в развертывании освободитель­ной борьбы против крепостничества. «Современник» и «Русское слово» были подлинными руководителями пе­редового общественного мнения, воспитателями смелых борцов против самодержавия. Их пример и традиции во многом определили развитие демократической печати 70-х 80-х годов, в первую очередь характер и направление журнала «Отечественные записки» Некрасова и Салты­кова-Щедрина.

В журналистике 80-х годов активно участвовал великий русский писатель А. П. Чехов. Чехов сотрудничал во многих изданиях, начиная от юмористических еженедельников и кончая одним из наиболее популярных ежемесячных журналов «Русская мысль», скоторым связана и его редакторская деятельность: в конце 80-х — начале 90-х годов он руководил беллетристическим отделом журнала. Направление большинства изданий, где приходилось печататься Чехову, не соответствовало его мировоззрению и творческим планам, но в 80-е годы — в период жестокой политической реакции — многие писатели-демократы испытывали подобные неудобства. Однако именно через периодику Чехов пришел в литературу, отсюда начался его путь к вершинам творчества, здесь он получил боевое крещение и впервые ощутил силу печатного слова. В практике спешной журнальной работы вырабатывался краткий и необычайно емкий чеховский литературный стиль. Семь лет он сотрудничал в юмористических журналах: «Стрекоза», «Осколки», «Будильник», «Зритель», «Свет и тени» и некоторых других, изредка печатался в «Петербургской газете». 80-е годы XIX в. отмечены расцветом юмористической журналистики во вкусе мещан и обывателей, поглощенных мелочами повседневного быта. Название одного из журналов — «Развлечение» — верно отражает характер юмористической прессы этого времени. Издатели большинства таких печатных органов являлись всего только предпринимателями, собиравшими подписную плату. Идейный уровень их изданий был низок. Они поверхностно освещали жизнь, не задевая основ общественного строя или действий правительства. Несмотря на свой развлекательный характер, юмористическая журналистика 80-х годов не была гарантирована от придирок и преследований цензуры. Беспринципная, трусливая политика издателей и редакторов не только не ослабляла, но иногда усиливала цензорское рвение. Немало пришлось пострадать от цензурного ведомства и молодому журналисту Чехову. Наиболее длительным и постоянным было сотрудничество Чехова в «Осколках», издававшихся известным в 80-е годы журнальным предпринимателем и литератором Н. А. Лейкиным. Выходец из купеческо-приказчичьей семьи и сам в молодости служивший приказчиком, Лейкин в 60-х годах начал участвовать в «Искре», «Современнике», «Неделе», помещая там небольшие очерки и рассказы из жизни купечества и городского мещанства. Он был знаком с Некрасовым, Г. Успенским, Помяловским, Решетниковым, но никогда не обладал ясностью политических взглядов и симпатий. В 80-х годах Чехов справедливо характеризует его как «буржуа до мозга костей». В числе сотрудников журнала «Осколки» были Л.И. Пальмин, поэт-демократ, верный традициям шестидесятников и поэтической манере Некрасова, близкий друг Чехова в эти годы, Л. Н. Трефолев и В. А. Гиляровский. С 1883 по 1885 г. Чехов, помимо публикации отдельных мелочей и рассказов, вел в «Осколках» фельетонное обозрение «Осколки московской жизни» за подписями «Рувер» и «Улисс». В нем нашли отражение многие недостатки общественного быта Москвы и содержалась юмористическая хроника городских новостей. В фельетонах Чехова наряду с «сезонной» тематикой (дачные приключения — летом, новогодние происшествия — зимой и т. п.) можно найти отклики на театральную и литературную жизнь России, критику судебных и железнодорожных непорядков, разоблачение жульнических махинаций страховых обществ. Писать фельетоны было трудно из-за однообразия повседневной жизни Москвы и ограниченности программы «Осколков». Лейкин прямо требовал от Чехова занимать читателей «глупостями» и говорить обо всем шутливо. Юмористическая же форма далеко не всегда соответствовала подлинному настроению Чехова. Сравнительно много места в «Осколках московской жизни» отведено характеристике газетно-журнальной жизни Москвы; это новая тема, внесенная Чеховым в фельетонное обозрение. Ее трактовка свидетельствует о демократической ориентации автора в общественных вопросах. Чехов зло высмеивает газетоманию, издевается над дельцами и авантюристами, выступающими в роли редакторов. По-щедрински пишет об этом Чехов: «Хотят издавать все, помнящие родство и не помнящие, умные и неумные, хотят страстно, бешено!» («Осколки», 1884, № 51). Резко отрицательные оценки даются реакционным газетам Каткова, Мещерского, Пастухова, Окрейца. Наблюдения Чехова-журналиста дали ему материал для художественных произведений на эту же тему. Нравственный уровень большинства поденщиков буржуазной прессы был крайне низок. В их среде царили пошлость, беспринципность, зависть к успеху ближнего, и об этом написал Чехов в рассказах «Сон репортера», «Тряпка», «Тсс», «Мой домострой». Рассказ «Два газетчика», опубликованный в 1885 г. в «Осколках», примечателен тем, что фигуры журналистов и названия газет напоминают образы Салтыкова-Щедрина: Рыбкин, сотрудник газеты «Начихать вам на головы!», и Шлепкин, сотрудник газеты «Иуда-предатель», — люди, утратившие всякое представление о долге и чести, очень похожи на щедринские типы. Устами жалкого, опустившегося журналиста в рассказе «Корреспондент» Чехов выносит суровый приговор русской буржуазной печати, предавшей забвению идеалы 40-х —60-х годов. В «Осколках» была напечатана статья Чехова о «мальчиках» из лавок, этих «маленьких каторжниках» (1883, № 41), которых нещадно бьют и эксплуатируют хозяева, их жены и приказчики; там же появились знаменитый рассказ «Смерть чиновника» и сатирические зарисовки, которые позднее послужили материалом для лучших произведений писателя, обличавших нравы царской России. Политически остро характеризует Чехов в 1883 г. в сатирической зарисовке «Записка» общее положение дел в России, используя для этого названия столичных газет и журналов: «Жизни, зари и нови нет нигде, а наблюдатель и Сибирь есть». Вместе с тем в фельетонах и рассказах Чехова обильно представлены вариации на такие обязательные для юмористических журналов сюжеты, как ловля женихов, обжорство на масленице, злые тещи, дачные приключения и т. п. Лейкин очень скоро оценил сотрудничество Чехова и дорожил им. Но писатель не разделял взглядов своего редактора на роль сатирической печати в обществе. «Умно Вы сделали, — писал он Лейкину в 1885 году, — что родились раньше меня, когда легче и дышалось и писалось». Чехов был недоволен своим положением газетчика-юмориста, сотрудника мелкотравчатой, развлекательной и нередко пошловатой прессы. «Газетчик значит, по меньшей мере, жулик, — писал он брату в 1883 году, — ... я в ихней компании, работаю с ними, рукопожимаю и, говорят, издали стал походить на жулика. Скорблю и надеюсь, что рано или поздно изолирую себя à la ты». И далее: «Я газетчик, потому что много пишу, но это временно, ...оным не умру» (XI, 26). Чехов уже в это время понял, что не останется надолго в кругу легковесной юмористиче­ской журналистики. В 1886 г. вышла его первая книга «Пестрые рассказы», принесшая автору известность и признание. Но путь Чехова в большую литературу, в лучшие журналы был нелегким и прошел через газету Суворина «Новое время». В 1886 г. он опубликовал там рассказ «Панихида» и несколько лет затем работал у Суворина. Сотрудничая в «Новом времени», Чехов напечатал, кроме многочисленных рассказов, путевые очерки «По Сибири» и ряд публицистических статей: «Московские лицемеры» (1888), «Люди подвига» (1888), «Фокусники» (1891) и др. В неустанной литературной работе мастерство Чехова постоянно росло. Рассказ-миниатюра оказался годным не только для маленьких тем. Во второй половине 80-х годов Чехова приглашают сотрудничать многие столичные издания: журналы «Русская мысль», «Всемирная иллюстрация» и др. Отклонив ряд предложений, Чехов в 1888 г. начинает работать в «Северном вестнике» и печатает на его страницах рассказы «Степь», «Скучная история». В 1892 г. Чехов по приглашению Короленко входит в редакцию журнала «Русская мысль». Двумя годами ранее в жизни Чехова произошло важное событие — поездка на остров Сахалин, результатом которой явилась его известная книга. К этой поездке побудило писателя, во-первых, чувство моральной ответственности за те беззакония, которые творились на Руси, стремление помочь людям, забытым обществом. «Сахалин — это место невыносимых страданий, на какие только бывает способен человек, вольный и подневольный». Во-вторых, Чехов желал изучить свою родину, познать жизнь народа. Именно это заставило его выбрать трудный в условиях того времени маршрут, путешествие по которому граничило с подвигом. Чехов искренне возмутился, когда Суворин назвал предполагаемую поездку неинтересной. Поездке предшествовало основательное изучение писателем материалов, относящихся к истории острова, его географии и климату, жизни и быту ссыльнокаторжных. Чехов широко ознакомился с научной литературой вопроса. Очерки, составившие впоследствии книгу «Остров Сахалин», печатались в журнале «Русская мысль» как путевые заметки на протяжении 1893 и первой половины 1894 г. По пути на Сахалин Чехов, проезжал через Ярославль, Н. Новгород, Пермь, Тюмень и далее в Сибири — через Томск, Ачинск, Красноярск, Иркутск, Благовещенск, Николаевск. В этой поездке, предпринятой на свой страх и риск, Чехов показал лучшие качества журналиста. Он был настойчив в достижении поставленной цели, проявил смелость, большую внутреннюю собранность, наблюдательность, строгость в отборе фактов. Поездка не только обогатила нашу литературу очерками о Сахалине, она расширила кругозор самого Чехова. «Какой кислятиой я был бы теперь, если бы сидел дома. До поездки «Крейцерова соната» была для меня событием, а теперь она мне смешна и кажется бестолковой», — заметил Чехов в одном из писем. Чехова не соблазнила занимательность биографий отдельных каторжников (Сонька-золотая ручка и др.), как это случилось с журналистом В. М. Дорошевичем, посетившим Сахалин после Чехова. В своих очерках писатель рассказывает о тяжелых условиях жизни и труда каторжных и вольнонаемных, о тупости чиновников, об их наглости и произволе. Администрация не знала даже, какое количество людей обитает на острове, и Чехов проделал огромную работу, в одиночку проведя перепись населения Сахалина! Своей литературно-публицистической деятельностью Чехов являет высокий пример журналиста, патриота и демократа, отдавшего талант на службу народу. Многие его произведения вошли в золотой фонд русской публицистики. Последние десять лет своей жизни Чехов, не порывая с «Русской мыслью», сотрудничал в большом числе периодических изданий, и всегда его рассказы являлись украшением газет и журналов. Вместе с передовыми людьми своего времени он откликался на жгучие проблемы современности: осуждал теорию «малых дел», вскрывая внутреннюю несостоятельность культуртрегерства, весьма скептически относился к толстовству («...в электричестве и паре любви к человеку больше, чем в целомудрии и в воздержании от мяса»—XII, 50), критиковал ненормальный, антигуманный характер отношений между людьми в эксплуататорском обществе, пошлость, безыдейность буржуазной интеллигенции, протестовал против «мелочей жизни», поработивших человека. Он понимал, что «смысл жизни только в одном — в борьбе. Наступить каблуком на подлую змеиную голову и чтобы она — крак! Вот в чем смысл». Не случайно в 1895 г. имя Чехова стояло рядом с именами других писателей и общественных деятелей под петицией Николаю II о стеснениях печати в России, а в 1902 г. писатель демонстративно отказался от звания академика в знак протеста против отмены царем избрания М. Горького в почетные члены Академии наук. В творчестве Чехова общие социальные закономерности отразились ощущением близкого изменения всего строя жизни, острым чувством исторической неизбежности коренного обновления мира. И Чехов не боялся этого. Вместе с героями своих последних произведений он говорил: «Здравствуй, новая жизнь!».

Дата публикации:2014-01-23

Просмотров:1137

Вернуться в оглавление:

Комментария пока нет...


Имя* (по-русски):
Почта* (e-mail):Не публикуется
Ответить (до 1000 символов):







 

2012-2018 lekcion.ru. За поставленную ссылку спасибо.